Октябрьское Вооруженное восстание в Москве. 1917 - История изменений

Regul в 17:21, 26 августа 2010

2010-08-26T17:21:01Z

OlegD в 21:20, 25 августа 2010

2010-08-25T21:20:40Z

Внесённые изменения

OlegD в 21:35, 24 августа 2010

2010-08-24T21:35:49Z

OlegD в 21:29, 24 августа 2010

2010-08-24T21:29:38Z

OlegD в 21:27, 24 августа 2010

2010-08-24T21:27:42Z

OlegD в 21:26, 24 августа 2010

2010-08-24T21:26:24Z

OlegD в 21:23, 24 августа 2010

2010-08-24T21:23:01Z

Новая страница

== Октябрьское вооруженное восстание в Москве ==

Вооруженное восстание рабочих, солдат и матросов Петрограда, начавшееся 24 октября, привело к падению буржуазного Временного правительства. Государственная власть перешла в руки Военно-революционного комитета при Петроградском Совете рабочих и солдатских депутатов. 25 октября было опубликовано написанное В. И. Лениным воззвание Военно-революционного комитета «К гражданам России!». В нем говорилось: «Дело, за которое боролся народ: немедленное предложение демократического мира, отмена помещичьей собственности па землю, рабочий контроль над производством, создание Советского правительства, это дело обеспечено. Да здравствует революция рабочих, солдат и крестьян!»

Поздно вечером 25 октября в Смольном открылся II Всероссийский съезд Советов, на котором подавляющее большинство делегатов поддерживало большевиков. Меньшевики, бундовцы и правые эсеры, предвидя свой неминуемый провал, отказались принимать участие в работе съезда и ушли с него. II Всероссийский съезд Советов, выражая волю рабочих, трудящихся крестьян и солдат, провозгласил переход всей власти в руки Советов. Ночью 26 октября съезд принял исторические декреты о мире и о земле. На съезде Советов был избран Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет — ВЦИК и образовано рабоче-крестьянское правительство — Совет Народных Комиссаров. Председателем Совнаркома был избран В. И. Ленин. Победа Великой Октябрьской социалистической революции в России явилась событием всемирно-исторического значения. Социалистическая революция свергла власть помещиков и капиталистов, установила диктатуру пролетариата и открыла путь к строительству социализма на одной шестой земного шара.

После победы революции в Петрограде борьба за переход власти к Советам развернулась по всей стране. Рабочие Москвы под руководством большевиков также вели активную борьбу за переход власти в руки Советов. В отличие от Петрограда, где вооруженное восстание рабочих и солдат быстро и сравнительно с небольшими жертвами привело к свержению власти буржуазии, вооруженная борьба в Москве приняла упорный и ожесточенный характер и продолжалась целую неделю. Затяжной характер борьбы за Советскую власть во второй столице был обусловлен довольно сложной и своеобразной обстановкой, создавшейся здесь накануне Великой Октябрьской социалистической революции.

Контрреволюционная буржуазия, видя провал своих попыток разгромить Советскую власть в Петрограде, все надежды возложила на Москву, стремясь превратить ее в центр сосредоточения своих сил для борьбы против революции. В качестве боевых сил против революционных рабочих и солдат буржуазная контрреволюция в Москве могла использовать две школы юнкеров, шесть школ прапорщиков, офицерские организации. В Москве находились центры и филиалы таких контрреволюционных организаций, как союз георгиевских кавалеров, военная лига, всероссийский союз казачества, всероссийский союз армии и флота, совет офицерских депутатов, штаб формирования добровольческой армии и т. п. Здесь же обосновался кадетско-эсеровский Викжель (Всероссийский исполнительный комитет железнодорожного профессионального союза). Кроме того, имея поддержку Ставки главного командования во главе с генералом Духониным, буржуазия надеялась подтянуть к Москве воинские части с фронтов.

Силы революционных рабочих и солдат в Москве возглавляла московская организация РСДРП(б), стоявшая на ленинских позициях и шедшая за Центральным Комитетом партии. В руководстве московской организации большевиков находились М. Ф. Владимирский, И. И. Скворцов-Степанов, Ем. Ярославский, В.Н. Подбельский, В. П. Ногин, Р. С. Землячка, Г. А. Усиевич, В. М. Лихачев и др.2
Когда в Петрограде началось восстание, телефонная связь между Москвой и Петроградом была прервана.

Сообщения же, получаемые из столицы по телеграфу, ставленниками Временного правительства по назначению не передавались.

Утром 25 октября состоялось заседание Московского комитета, Областного бюро и Окружного комитета РСДРП(б). Было решено поручить большевистской фракции немедленно создать боевой центр — Военно-революционный комитет при Совете на пропорциональных основах из трех представителей больше-виков, одного меньшевика, одного эсера, одного от Красной гвардии, одного от Штаба военного округа. Военно-революционный комитет должен был быть избран на объединенном пленуме Московского Совета рабочих депутатов и Совета солдатских депутатов, созыв которого был назначен на 3 часа дня. Вместе с тем Московский комитет большевиков создал партийный боевой центр для руководства восстанием, в который вошло семь человек: два от Московского комитета, два от Областного бюро, один от Окружного комитета, один от профсоюзов, один от Военного бюро3. В его состав входили М. Ф. Владимирский, Ем. Ярославский, О. Пятницкий, В. Н. Подбельский и др.

Во время заседания, в 11 часов 45 минут утра, 25 октября, в Московском Совете была получена из Петрограда телефонограмма от В. П. Ногина (делегата от Москвы на II Всероссийском съезде Советов), сообщавшая о переходе власти в Петрограде к Военно-революционному комитету. В телефонограмме говорилось: «Сегодня ночью Военно-революционный комитет занял вокзалы, Государственный банк, телеграф, почту. Теперь занимает Зимний дворец. Правительство будет низложено... все войска на стороне Военно-революционного комитета» 4.

Несколько позднее военная полевая радиостанция под Москвой в районе села Черкизова приняла радиограмму, в которой содержалось воззвание Петроградского ВРК к «Гражданам России». Получив сообщение о свержении Временного правительства, Московский комитет большевистской партии, не дожидаясь объединенного пленума Советов, на котором должен был быть избран Военно-революционный комитет, поручил боевому Партийному центру предпринять необходимые меры по организации вооруженного восстания. Партийный центр от имени Московского комитета, Областного бюро, Окружного комитета и военной организации отдал находившемуся под большевистским влиянием самокатному батальону распоряжение о присылке к зданию Моссовета и Политехническому музею самокатчиков, пулеметов и грузового автомобиля.

Начальнику Московской Красной гвардии А. С. Ведерникову 5 было предложено стянуть к Московскому Совету боевые силы и занять стратегические пункты. Ему же было поручено предпринять все необходимые меры для занятия революционными войсками телеграфа, телефона и почтамта.
Соответствующие указания были направлены и в уезды Московской губернии. Были составлены специальные обращения к солдатам, крестьянам, железнодорожникам и почтово-телеграфным служащим с призывом поддержать пролетариат в вооруженной борьбе за власть.

Одновременно Исполкомом Московского Совета рабочих депутатов в районные Советы Москвы была разослана телефонограмма с предложением привести в боевую готовность аппарат Советов, установить круглосуточное дежурство членов исполнительных комитетов и не позднее 26 октября созвать пленарные собрания районных Советов. В телефонограмме сообщалось, что в 3 часа дня 25 октября в помещении Политехнического музея назначается объединенное заседание пленумов Советов и что присутствие депутатов обоих Советов (рабочих и солдатских депутатов) является обязательным е. Указания Партийного центра о вооруженном восстании начали тотчас приводиться в исполнение.

25 октября, как только стало известно о событиях в Петрограде, на многих предприятиях Москвы и Московской губернии состоялись многолюдные собрания и митинги рабочих. Рабочие одобряли свержение Временного буржуазного правительства Керенского и переход всей власти в руки Советов. Горячо привет-ствуя совершившийся в Петрограде переворот, они призывали всех рабочих и солдат сплотиться вокруг Советов, выражали готовность защищать их от нападок и натиска контрреволюции. Так, рабочие завода Бромлей (ныне «Красный пролетарий») в принятой резолюции писали: «Мы, рабочие механического завода Бромлей, приветствуем петербургский пролетариат, поднявший знамя международной пролетарской революции. Долой правительство спекулянтов и мародеров!.. Да здравствует пролетарско-крестьянская республика Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов !»7.В резолюции, принятой на митинге рабочих Рябовской мануфактуры, говорилось: «Приветствуем восставших питерских товарищей рабочих и солдат, призываем московских рабочих и солдат сплотить-

Как были восприняты частями гарнизона боевые задания, данные Партийным центром, можно видеть на примере 56-го пехотного запасного полка, куда утром 25 октября направился А. С. Ведерников, чтобы сформировать отряд для занятия почты и телеграфа. Выбор Партийным центром 56-го полка для занятия почты и телеграфа объясняется тем, что этот полк находился под большевистским влиянием и к тому же был расположен поблизости от почты и телеграфа, а действовать надо было быстро 9.

Когда А. С. Ведерников прибыл в Покровские казармы, там заседал полковой комитет. Комитет и офицеры отказались дать две роты в распоряжение Ведерникова без указания штаба округа и согласования с Советом солдатских депутатов. Из затруднительного положения вывел один солдат-большевик, горячо призвавший солдат действовать немедленно. По его призыву солдатская часть полкового комитета бросилась в роты. Не прошло и 15 минут, как 11 и 13-я роты выстроились во дворе казармы. Несмотря на противодействие появившегося командира полка, солдаты, но задерживаясь, двинулись па выполнение боевого задания.
В это время в движение пришла вся пролетарская Москва. 25 октября, еще до получения оперативных приказов и распоряжений об открытии военных действий, рабочие многих предприятий, руководимые большевиками, начали приводить себя в боевой порядок. Собирались свободные от работы на производстве красногвардейцы, из хранилищ доставалось припрятанное оружие.

На заводе Михельсона (ныне завод им. Владимира Ильича), в Замоскворечье, была разобрана часть стены нового корпуса, внутри которого хранились винтовки и револьверы с патронами к ним, принадлежавшие эвакуированной Варшавской полиции.
Исполняя распоряжения Партийного центра, 25 октября в 2 часа дня роты самокатчиков подошли к зданию Московского Совета и к Политехническому музею. Отряд Красной гвардии, прибывший из Замоскворечья, занял посты у входа в Моссовет. За полчаса до этого, в 1 час 30 минут, отряд солдат 56-го пехотного запасного полка занял почту и телеграф. Работа служебного персонала почты и телеграфа не прекращалась. У всех входов были расставлены караулы. Однако войска не были посланы для охраны находившейся рядом с почтамтом, в Милю-тииском переулке, Центральной городской телефонной станции. Только на следующий день, когда по инициативе рабочих на станции было созвано общее собрание сотрудников, туда явился представитель Военно-революционного комитета. После бурных прений большинством голосов было решено передать охрану станции в руки рабочих, но время уже было упущено. К концу собрания здание было окружено и занято отрядом юнкеров, которые посланы туда возглавившим силы контрреволюции командующим войсками округа полковником Рябцевым
Рябцев пытался силами роты юнкеров Алексеевского военного училища захватить также телеграф, но сопротивлением революционной охраны эта попытка была сорвана. Штаб округа стал усиленно стягивать свои боевые силы к центр в Александровское военное училище были вызваны 2, 3 и 4-я школы прапорщиков, находившиеся в Замоскворечье в Александровских казармах.

Контрреволюция в Москве опиралась на активную поддержку меньшевик и эсеров. Эсеры и меньшевики решительно выступили против перехода всей власти к Советам и потребовали создать временный «демократический» орган власти : представителей не только Советов рабочих и солдатских депутатов, но и городского самоуправления, земского самоуправления, штаба Московского военного округа, профсоюзов железнодорожников и почтово-телеграфных служащих
Рабочие Москвы взялись за оружие для штурма буржуазной власти. В этом их поддержали рабочие губернии.

В Московской губернии уже 25 октября в ряде мест (Подольск, Орехов
Зуево и др.) власть перешла в руки большевистских Советов, избравших из своей
среды военно-революционные комитеты.

В 6 часов вечера 25 октября в Большой аудитории Политехнического музе охраняемого вызванными Партийным боевым центром самокатчиками, открылось объединенное заседание Московского Совета рабочих депутатов и Московского Совета солдатских депутатов. Оно было длительным и очень бурным. Эсер и меньшевики старались ослабить впечатление от сообщений из Петрограда победоносном восстании рабочих и солдат и прилагали все усилия к тому, чтоб провести свою резолюцию об организации так называемого общедемократического органа власти.

Большевики потребовали перерыва для обсуждения вопроса на заседании каждой фракции в отдельности. Во время перерыва на заседании фракции большевиков был подвергнут резкой критике проект резолюции меньшевиков эсеров и принята резолюция, предлагавшая избрать Военно-революционный комитет из семи лиц и обязывавшая этот комитет приступить к немедленным действиям для оказания поддержки Военно-революционному комитету Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов.

После перерыва объединенный пленум Московских Советов рабочих и со; датских депутатов большинством голосов принял резолюцию, внесенную большевиками. За нее голосовали 394 депутата, против 106, воздержалось 23. Фракция эсеров от участия в голосовании отказалась. Меньшевистская резолюция собрала всего ИЗ голосов 10.

В состав Военно-революционного комитета вошли четыре большевика и три меньшевика. При голосовании большевистской резолюции меньшевики огласили свое заявление, в котором говорилось, что они входят в ВРК для того, чтобы продолжать там «разоблачительную работу» против большевиков, т. е. парализовать деятельность ВРК.

В дальнейшем ходе вооруженного восстания состав Московского Военно-революционного комитета значительно расширился. В него были включены представители профессиональных союзов, Красной гвардии, «Совета десяти», Центрального союза городских служащих и рабочих. От большевиков в ВРК входили А. С. Ведерников, Г. А. Усиевич, П. Г. Смидович, П. И. Кушнер, В. М. Смирнов.
В ночь с 25 на 26 октября 1917 г. Московский Военно-революционный комитет издал приказ о приведении всех частей Московского гарнизона в боевую готовность. В этом приказе говорилось, что революционные рабочие и солдаты Петрограда начали решительную борьбу с Временным правительством Керенского и что долг московских рабочих и солдат — поддержать петроградских товарищей в их борьбе с буржуазной властью.

Военно-революционный комитет объявлял:

«1) Весь Московский гарнизон немедленно должен быть приведен в боевую готовность. Каждая воинская часть должна быть готова выступить по первому приказанию Военно-революционного комитета.
2) Никакие приказы и распоряжения, не исходящие от Военно-революционного комитета или не скрепленные его подписью, исполнению не подлежат» 11.

Для руководства восстанием в районах Партийный боевой центр выделил уполномоченных: в Замоскворецкий район — П. К. Штернберга, в Городской — Г. А. Усиевича, в Рогожский, Лефортовский и Басманный — Р. С. Землячку, в Сокольнический — М. Зимина и т. д.

Военно-революционный комитет, следуя указаниям Партийного центра, приступил к осуществлению задачи установления власти Советов в Москве. Он отдал распоряжение занять вокзалы и Государственный банк, послал солдат и красногвардейцев закрыть буржуазные газеты «Русское слово», «Утро России», «Русские ведомости», «Раннее утро». К 4 часам утра 26 октября типографии этих газет были опечатаны. На телеграфе и почтамте была установлена революционная цензура.

Приказом, разосланным утром 26 октября, ВРК предложил заводским комитетам, районным Советам и районным думам избрать военно-революционный центр в каждом районе, определить, какие стратегические пункты необходимо занять, немедленно вооружаться и связаться с Военно-революционным комитетом и Партийным боевым центром.

Контрреволюция между тем собирала силы. Вечером 25 октября состоялось экстренное заседание Городской думы, в которой преобладали кадеты и эсеро-меньшевики. Выступая на этом заседании, городской голова эсер Руднев заявил, что Московская городская дума есть единственная законная власть в Москве и она не станет подчиняться Советам.

С ответом Рудневу выступил от большевиков И. И. Скворцов-Степанов. Его полное твердости и спокойствия выступление вызвало смятение среди контрреволюционно настроенного большинства думы. Свою речь представитель московских большевиков закончил следующими словами: «Дума не представляет сейчас населения. Во имя будущего страны мы говорим смело и решительно. Власть захватывает не ничтожное меньшинство, а представители большинства страны. Это показывают и факты — занят телеграф, Смольный институт, вокзалы, Государственный банк и целый ряд учреждений, и этому противится только несколько десятков человек. Это значит, что народ не с Временным правительством. Это Временное правительство не волей народа, а помазанники милостью Родзянко. Принимайте свою резолюцию. Мы не будем участвовать в ее голосовании, но помните ответственность, которую берете на себя» 12.

После выступления И. И. Скворцова-Степанова все присутствовавшие большевики покинули заседание думы. Они спешили в районы, на фабрики, в казармы, туда, где революционные рабочие и солдаты поднимались на борьбу под лозунгом «Вся власть Советам!».

Гласные думы, как только ушли большевики, приняли антисоветскую резолюцию, призывавшую сплотиться вокруг Городской думы и дать отпор большевикам, и создали при думе для борьбы с революцией «Комитет общественной безопасности» во главе с Рудневым. В комитет, кроме представителей городского и земского самоуправления, вошли представители Викжеля, почтово-телеграфного союза, которыми руководили эсеры и меньшевики, исполнительных комитетов Совета солдатских депутатов и Совета крестьянских депутатов, штаба военного округа.
Сразу же после своего образования «Комитет общественной безопасности» обратился с призывом ко всем городским думам России поддержать Временное правительство и организовать на местах думские комитеты. Кроме того, московские контрреволюционеры телеграммой предложили всем городским и земским самоуправлениям немедленно избрать делегатов, которые должны были съехаться в Москву для организации созыва и поддержки Учредительного собрания.
В Москву устремились бежавшие из Петрограда бывшие министры Временного правительства и их помощники (Прокопович, Малянтович, Шер и др.). Они рассчитывали сформировать в Москве — в противовес Советскому правительству — новое правительство контрреволюционной буржуазии, созвать Учредительное собрание.

26 октября по распоряжению полковника Рябцева было занято здание Городской думы (в этом здании ныне находится Музей В. И. Ленина), Манеж и окружен Кремль, в котором основная часть территории находилась в руках революционных солдат 56-го пехотного запасного полка, роты 193-го полка и команды арсенала 13.
МК РСДРП(б), стремясь парализовать действия контрреволюции, 26 октября обратился с воззванием к рабочим и солдатам, призывая перейти в наступление против юнкеров и белогвардейцев. Однако во второй половине дня ВРК разослал районным ВРК телефонограмму, предлагавшую воздержаться от наступательных действий.

Это решение было прямым результатом той соглашательской линии, которую повели отдельные члены ВРК — Муралов, Смирнов и другие, поддержанные председателем Московского Совета рабочих депутатов В. П. Ногиным. Они вступили на путь переговоров с командующим войсками Московского военного округа полковником Рябцевым о так называемом мирном улаживании «конфликта». Рябцеву же переговоры нужны были только для того, чтобы выиграть время, закончить все необходимые приготовления к решительным действиям против революционных рабочих и солдат и получить подкрепления, которые должна была прислать Ставка.

Военно-революционный комитет вместо того, чтобы развернуть решительное наступление и разгромить силы контрреволюции, поддавшись влиянию отдельных соглашательски настроенных членов ВРК, по договоренности с Рябцевым вывел из Кремля роту 193-го полка. Это было серьезной ошибкой ВРК, ослабившей силы революции. ВРК недооценил революционного наступательного духа масс, которые на собраниях и митингах заявляли о своей поддержке Совета рабочих депутатов, о готовности выступить с оружием в руках против реакционных сил.

Так, 26 октября на заседании Замоскворецкого Совета рабочих депутатов представители девяти предприятий все как один заявили, что рабочие готовы немедленно выступить за власть Советов. Такая же картина выявилась в докладах с мест, заслушанных на состоявшейся вечером того же дня в помещении На-родного дома фабрики Цинделя (ныне 1-я Ситценабивная фабрика) конференции фабрично-заводских комитетов Замоскворецкого района совместно с представителями Советов рабочих и солдатских депутатов 14.

Аналогичные решения были приняты 26 октября рабочими завода Бромлей, фабрики «Симано» (ныне «Ударница»), завода Михельсон, а также рабочими 1-го и 9-го участков тяги Николаевской железной дороги (ныне Октябрьская железная дорога). Активную поддержку ВРК оказывали солдаты Московского гарнизона.

26 октября конференция представителей всех частей Московского гарнизона большинством 116 голосов против 18 постановила выразить доверие Военно-революционному комитету 15. На состоявшемся в тот же день собрании ротных комитетов большинством 212 голосов против одного, при 22 воздержавшихся 16 была принята резолюция, в которой указывалось, что ротные комитеты признают единственной властью Советы рабочих и солдатских депутатов и будут подчиняться только распоряжениям Военно-революционного комитета. Собрание высказалось за слияние Совета рабочих и Совета солдатских депутатов и их переизбрание в кратчайший срок. Была избрана делегация для посылки к полковнику Рябцеву с требованием снять блокаду Кремля и освободить осажденных там революционных солдат 56-го полка и команды при арсенале. «В случае отказа штаба,— говорилось в резолюции собрания, — революционный комитет должен принять самые решительные меры для освобождения арсенала и 56-го полка. Рабочие и солдаты должны быть немедленно вооружены» 17.

В этот же день состоялось объединенное заседание правления профессиональных союзов, на котором был избран руководящий революционный центр профсоюзов в составе девяти человек.

Московские большевики по указанию МК РСДРП(б) мобилизовали все свои силы на отпор врагу. Районные комитеты большевиков выделили партийные комиссии по руководству восстанием. Чрезвычайные пленумы Советов всех районов Москвы избрали военно-революционные комитеты. В их состав вошли наиболее проверенные, стойкие большевики В. М. Лихачев, Е. М. Маленков, П. Г. Добрынин, П. К. Штерн-берг 18 и др.

Большевистские ячейки и завкомы крупных предприятий организовали военно-революционные штабы. Всюду шла запись в Красную гвардию, создавались отряды красных сестер. Началось разоружение офицеров и буржуазии. Массовые организации трудящихся, профсоюзы, союзы молодежи теснее сплотились вокруг большевиков. Члены союзов молодежи во всех районах собирали оружие, доставляли красногвардейским отрядам патроны. Создавались молодежные санитарные отряды. Шла запись юношей и девушек в красногвардейские отряды.

Под напором революционного движения масс и по указанию Партийного центра Московский Военно-революционный комитет вечером 26 октября направил во все районы города приказ о переходе к решительным действиям. В нем говорилось, что «массы должны перейти к самочинному выступлению под руководством партийных центров по пути 'Осуществления фактической власти Советов районов» 19.

На состоявшемся вечером 26 октября экстренном заседании МК, Областного бюро партии и других большевистских партийных комитетов было решено прекратить всякие переговоры с Рябцевым. Партийный боевой центр дал приказ приступить к активным революционным действиям.

Военно-революционный комитет наметил общий план боевых действий. Этот план, озаглавленный «Общий план революционной армии», состоял в следующем:

«1. Все военные действия направляются к одному центру.
2. Роль районов заключается в планомерном стягивании к центру своих военных сил. Сепаратные операции предусматриваются, поскольку они не нарушают общего плана.
3. Не упускать из виду, что тыл для районов не безопасен и что может явиться возможность операций революционной армии вне Москвы.
4. Действовать решительно и энергично» 20.

Был принят ряд мер для обеспечения боеспособности революционных сил. Созданный при ВРК автомобильный отдел произвел мобилизацию транспорта. На утреннем заседании 27 октября ВРК поручил группе товарищей совместно с представителями продовольственного комитета произвести ревизию всех то-варных станций Московского железнодорожного узла и пристаней с тем, чтобы все грузы, предназначенные для фронта, были немедленно отправлены туда, а остальные продовольственные грузы реквизированы для передачи московскому населению. Однако переговоры с полковником Рябцевым все же продолжались. Это было ошибкой ВРК.

Пользуясь этим, контрреволюционеры лихорадочно укрепляли свои позиции.
27 октября на имя командующего войсками Московского военного округа была получена телеграмма начальника штаба Ставки генерала Духонина, в которой говорилось: «Для подавления большевистского движения Ставкой посылается в ваше распоряжение гвардейская бригада с артиллерией с Юго-западного фронта, — начнет прибывать в Москву 30 октября,— и с Западного фронта — артиллерия с прикрытием. Необходимо, чтобы части до прибытия в Москву были встречены вашими делегатами»21. Получив эту телеграмму, Рябцев начал открытые военные действия против Советской власти. В тот же день он прервал переговоры с ВРК и объявил Москву и Московский военный округ на военном положении. Вечером 27 октября с согласия «Комитета общественной безопасности» Рябцев предъявил ВРК ультиматум о немедленном его самороспуске, о сдаче части Кремля, занятой революционными войсками, и разоружении Красной гвардии, угрожая в противном случае начать артиллерийский обстрел здания Московского Совета, где помещался Военно-революционный комитет.

Пролетариат Москвы с возмущением встретил этот наглый вызов. На всех предприятиях Москвы начались митинги протеста против действий контрреволюции.
Партийный боевой центр и ВРК отвергли ультиматум Рябцева. Отряды Красной гвардии и революционные воинские части получили приказ выступить против контрреволюции.

Для защиты Московского Совета ВРК вызвал из Замоскворечья отряд солдат-«двинцев»22.

Вечером 27 октября отряд «двинцев» в числе 150 человек двинулся к Московскому Совету. Но на Красной площади он был встречен в три раза превосходящим отрядом юнкеров, которые потребовали от «двинцев» сдачи оружия. Завязался бой. Несмотря на потерю до 70 человек, в том числе и своего командира Е. Сапунова, солдаты-«двинцы» прорвали цепь юнкеров и белогвардейцев и прибыли к зданию Московского Совета. Так начались открытые военные действия в Москве.

С наступлением темноты в городе начались бои революционных рабочих и солдат с белогвардейцами и юнкерами. В течение ночи и всего дня 28 октября контрреволюционные войска заняли Арбат, Смоленский рынок, Бородинский мост, Брянский вокзал (ныне Киевский вокзал), Остоженку (ныне ул. Метростроев-ская). Они создали угрозу Московскому Совету со стороны Градоначальства, находившегося на Тверском бульваре. Передовые отряды контрреволюции появлялись в непосредственной близости от здания Моссовета. Утром 28 октября отряд солдат 56-го полка, охранявший почту и телеграф, под напором белогвардейцев вынужден был отступить. Важнейший узел связи попал в руки контрреволюции.

Основными опорными пунктами сил контрреволюции в центре города были следующие здания: Александровское военное училище на Знаменке (ныне ул. Фрунзе), Манеж, Городская дума на Воскресенской площади (ныне площадь Революции), гостиницы «Метрополь» и «Националь», прикрывавшие подступы к Красной и Воскресенской площадям.

В других районах Москвы белогвардейцы укрепились в Алексеевской военном училище и кадетском корпусе в Лефортове, в штабе МВО на Пречистенке (ул. Кропоткинская), в интендантских продовольственных складах на Крымской площади, в 5-й школе прапорщиков на углу 1-го и 2-го Смоленских переулков, в Крутицких казармах в Симоновской слободе.

Однако значительная часть территории Кремля, где имелся боеспособный гарнизон и находилось достаточное количество оружия, была в руках Военно-революционного комитета. Белогвардейцы, чтобы захватить в свои руки всю территорию Кремля, пошли на провокацию. В ночь на 28 октября Рябцев сообщил по телефону находившемуся во главе революционного гарнизона Кремля прапорщику О. М. Берзину о том, что якобы весь город находится в ого руках, а члены Военно-революционного комитета арестованы. Он потребовал очищения Кремля от революционного войска. Несмотря на выступления солдат гарнизона против принятия ультиматума Рябцева, прапорщик Берзин открыл Боровицкие ворота и пропустил в Кремль юнкеров, которые значительно увеличили силы контрреволюции, бывшие в Кремле раньше. Юнкера, заняв Кремль, разоружили и избили солдат 56-го полка, а затем, построив их па площади у памятника Александру II и во дворе арсенала, расстреляли из пулеметов.

Перед лицом такого вероломства и злодеяния контрреволюции Московский комитет РСДРП(б), Военно-революционный комитет и Центральное бюро профсоюзов обратились с воззванием к рабочим. Воззвание гласило: «Не до работы теперь! 28-го дружно, как один человек, оставим фабрики и заводы и по первому призыву Военно-революционного комитета сделаем все, что он укажет» 23.
Пролетариат Москвы горячо поддержал призыв большевиков. 28 октября остановились все предприятия Москвы. На улицах появились окопы, баррикады, проволочные заграждения.

В сложившейся обстановке Военно-революционный комитет принял следующее решение: «Установить тесную связь с районами, обеспечив себе базу в одном из них. Начать наступательные действия в центре и партизанскую войну в районах» 24.
Действия МК РСДРП(б) и Военно-революционного комитета вызвали протест со стороны меньшевиков. Они потребовали от большевиков прекращения военных действий и создания так называемого «общедемократического комитета» с участием меньшевиков и эсеров. Но это требование меньшевиков было отвергнуто. Утром 28 октября меньшевики вышли из состава ВРК.

Примерно в это же время большинство членов Партийного центра перешло из здания Московского Совета в Городской район. Здесь же на случай разгрома ВРК был создан «Запасный штаб».

По распоряжению ВРК в центр Москвы были стянуты красногвардейские отряды из районов и воинские части из казарм. К Моссовету прибыла с Ходынки 5-я батарея 1-й запасной артбригады в составе четырех трехдюймовых пушек.
Во всех районах с еще большей силой развернулась революционная борьба московского пролетариата против контрреволюции. Вожаками масс в районах были коммунисты: в Лефортовском — П. П. Щербаков, в Рогожском — А. А. Алешин и Р. С. Землячка, в Сокольническом — И. В. Русаков и Е. М. Маленков, в Замоскворецком — П. Г. Добрынин и П. К. Штернберг, в Хамовническом — А. С. Савельев, в Городском — О. А. Баренцева, Г. А. Усиевич и др. 25

В Хамовническом районе красногвардейцы вели ожесточенную борьбу против 5-й школы прапорщиков. Красная гвардия и солдаты Лефортовского и Басманного районов с 28 октября начали совместные боевые операции против белогвардейцев, расположившихся в Алсксеевском училище. В Сокольническом районе наряду с формированием красногвардейских отрядов, которые направлялись для участия в борьбе с контрреволюцией в другие районы Москвы, было организовано питание красногвардейцев и солдат. Железнодорожный ВРК организовал охрану и оборону железных дорог Московского узла.

Ревкомы пропускали в Москву только те поезда, которые везли подкрепления борющемуся пролетариату. Поезда же, следовавшие с воинскими частями в Москву на помощь контрреволюционерам, задерживались. Так, 28 октября на станции Клязьма были задержаны около 100 белогвардейцев и юнкеров, направлявшихся в Москву. Тульские красногвардейцы 29 октября, разобрав железнодорожный путь, задержали эшелон кавалерии в 40 вагонов, который отправлялся в Москву на помощь юнкерам и белогвардейцам 26. Через железнодорожный телеграф ВРК поддерживал связь с Петроградом.

28 октября на гарнизонном собрании ротных, полковых и бригадных комитетов, созванном по инициативе большевиков, был создан вместо эсеро-меньшевистского исполнительного комитета солдатских депутатов — «Совет десяти». «Совет десяти» призвал солдат всех воинских частей гарнизона Москвы поддерживать ВРК и подчиняться только его распоряжениям.

Рабочие и солдаты Москвы испытывали недостаток вооружения и боеприпасов. 28 октября на железнодорожных путях Казанской дороги красногвардейцем М. II. Маркиным было обнаружено несколько вагонов с новыми винтовками. Получив сообщение об этом, Партийный боевой центр дал распоряжение районам забрать оружие. Этими винтовками было вооружено несколько тысяч бойцов. Из Тулы было привезено 10 пулеметов и более 200 винтовок. Из Симоновских пороховых складов и из огнесклада Мызо-Раево были присланы боеприпасы.

Получив боевое подкрепление, красногвардейцы и революционные солдаты усилили натиск против белогвардейцев и юнкеров. Со Скобелевской и Страстной (ныне Пушкинская) площадей красные артиллеристы начали обстрел контрреволюционных сил.
29 октября после артиллерийского обстрела красногвардейцы штурмом взяли важный опорный пункт белогвардейцев и юнкеров — здание Градоначальства на Тверском бульваре. В этой смелой атаке погибли организаторы молодежи Сокольнического района Барболин и Жебрунов.

С этого дня инициатива наступательных действий перешла в руки войск Военно-революционного комитета.

Силами красногвардейцев и солдат юнкера были отброшены с Тверской улицы (ныне ул. Горького) и прилегающих к ней переулков. Было занято здание Малого театра. Под напором красногвардейцев и революционных солдат контрреволюционеры были вынуждены оставить захваченные ими 28 октября Главный почтамт, телеграф и Бородинский мост. В целях быстрейшего разгрома контрреволюционных сил Военно-революционный комитет Москвы 29 октября вызвал на помощь революционные войска из Тулы, Владимира и Иваново-Вознесенка.

Положение белогвардейцев и юнкеров все более и более ухудшалось. Направленные Ставкой эшелоны с Западного фронта до Москвы не дошли: по пути их встречали и задерживали заслоны революционных рабочих и солдат.

29 октября помощник командующего Московским военным округом поручик Ровный доносил в Ставку: «...силы противника увеличиваются... Окраины для нас совершенно недоступны... Сегодня большевики заняли уже все вокзалы, а в центре Градоначальство, а также почту и телеграф...
...Необходима крайняя помощь, так как положение, не имея в перспективе поддержки, не из блестящих» 27.

Положение белогвардейцев и юнкеров, ожидавших подкрепления из Ставки, становилось безвыходным. Борьба рабочих и солдат в это время могла привести к быстрому разгрому врага. Но наступление революционных войск было приостановлено. Контрреволюция получила новую передышку с помощью меньшевистско-эсеровского руководства Викжеля, представители которого заявили, что объявят забастовку и остановят железнодорожное движение, если не прекратятся боевые действия. В связи с этим в 12 часов ночи с 29 на 30 октября было объявлено перемирие. Викжелевцы требовали создания коалиционной власти из представителей Городской думы, губернского земства, Совета профсоюзов, Совета рабочих депутатов, Викжеля, почтово-телеграфного союза и передачи всех вооруженных сил в распоряжение штаба МВО. Военно-революционный комитет отверг эти требования и объявил, что условием мира является переход всей власти в руки Советов и разоружение юнкеров и белогвардейцев. Заявление ВРК было единодушно поддержано Советами и ревкомами районов Москвы, требовавшими продолжать наступление и разгромить контрреволюцию.

Перемирие продолжалось всего несколько часов. Прикрываясь соглашением о перемирии, юнкера совершили коварное нападение на позиции красногвардейцев у Бородинского моста и в районе Никитских ворот. Вооруженная борьба московского пролетариата, красногвардейцев и солдат против контрреволюционных сил разгорелась с новой силой.

30 октября солдаты 85-го пехотного полка и красногвардейцы Лефортовского, Рогожского и Басманного районов после двухдневной осады овладели Алексеевским училищем и кадетскими корпусами в Лефортове, взяли в плен большое число юнкеров, захватили 13 пулеметов, много винтовок, патронов и других боеприпасов 28. В бою у Алексеевского училища погиб большевик П. П. Щербаков.

Борьба принимала все более ожесточенный характер. Партийный боевой центр дал распоряжение о подготовке всей артиллерии к бомбардировке Кремля, где засели белогвардейцы и юнкера.

Предложения меньшевиков и эсеров, явившихся 31 октября в ВРК с новыми проектами «мирного разрешения конфликта», были отвергнуты.

Центральный Комитет партии большевиков, находившийся в Петрограде, руководил борьбой московских большевиков. По настоянию В. И. Ленина, несмотря на напряженное положение в Петрограде, ЦК Коммунистической партии направил в помощь москвичам несколько отрядов красногвардейцев и кронштадтских матросов в числе около 3 тыс. человек, которые, прибыв в Москву 30, 31 октября и 1 ноября, приняли активное участие в вооруженной борьбе против сил контрреволюции 29. Одним из отрядов балтийцев, прибывших на помощь московским рабочим и солдатам, командовал матрос Анатолий Железняков, впоследствии легендарный герой гражданской войны.

31 октября по распоряжению Я. М. Свердлова из Петрограда в Москву была направлена группа специалистов полевой радиостанции запасного электротехнического батальона для налаживания радиосвязи.

На подкрепление московскому пролетариату шли отряды красногвардейцев и солдат из Владимира, Иваново-Вознесенка, Шуи, Александрова, Коврова и других городов. Из Мытищ прибыло 600 вооруженных красногвардейцев, из Серпухова — около 400 красногвардейцев, из Владимира — 2 тыс. солдат в полном вооружении и снаряжении, из Подольска более 600 красногвардейцев, из Твери — 350 красногвардейцев и солдат-саперов 30. В октябрьских боях в Москве участвовало около 10 тыс. рабочих области 31.

Отряд рабочих Шуи, Владимира, Коврова, Александрова во главе с М. В. Фрунзе принимал активное участие в боях за овладение гостиницей «Метрополь», зданием Городской думы, Кремлем и другими опорными пунктами белогвардейцев.
1 ноября революционные части начали обстрел Кремля и Александровского военного училища. В этот день штурмом была взята телефонная станция, занята гостиница «Континенталь».

Ставка делала все, чтобы помочь силам контрреволюции в Москве. Депеша за депешей шли на фронт. Приказами Ставки назначались к отправке в Москву «штурмовые», «ударные» и другие батальоны. Но из этого ничего не вышло. Одни из них оставались на месте, другие задерживались в пути, третьи переходили на сторону революции. Так, например, 31 октября Московский Совет рабочих депутатов получил следующую радиограмму от лейб-гвардии гусарского Гродненского полка, следовавшего в Москву по приказу Ставки с Юго-западного фронта: «Встречайте лейб-гусаров гродненцев. Они за Советы» 32.

В тот же день казаки 7-го Сибирского казачьего полка, двигавшиеся на Москву со стороны Каширы, заявили встретившему их представителю Замоскворецкого ВРК, что они не будут сражаться на стороне белогвардейцев.

Так усилиями большевиков воинские части, посланные на помощь белым, были нейтрализованы, или привлечены на сторону московских рабочих и солдат.
В самой Москве 7-й Украинский тяжелый артиллерийский дивизион, занижавший выжидательную позицию, 1 ноября перешел на сторону революции. Его тяжелые пушки, установленные на Воробьевых горах (ныне Ленинские горы), мчали обстрел Кремля, главного опорного пункта мятежников.

Вечером 1 ноября красногвардейцы продолжали наступление на Городскую думу и Красную площадь. Юнкера занимали одну сторону Никитской улицы, Никитский бульвар и Арбат. Остоженка и Пречистенка, где находился штаб округа, также были в их руках. Красногвардейцы Замоскворечья сдерживали попытки юнкеров прорваться через Москву-реку. Одновременно Военно-революционный комитет посылал подкрепления своим отрядам, которые героически дрались с юнкерами, засевшими в штабе военного округа. Красногвардейцы Городского района, Пресни, Хамовников наступали переулками от Поварской (ныне ул. Воровского) и Пречистенки. Они стремились занять часть Арбата, чтобы прервать сообщение между Александровским военным училищем и 5-й школой прапорщиков.

Вплоть до вечера 1 ноября Военно-революционный комитет продолжал вызывать новые подкрепления. По его просьбе Шуйский BPК выслал в Москву 500 солдат в полном вооружении, Тверской ВРК — 57 и 196-й пехотные запасные полки и артиллерийский дивизион. Из Мытищ прибыл дополнительно отряд в 90 человек, из Кольчугина — 180 человек, из Коврова — 400 солдат 250-го пехотного запасного полка с десятью пулеметами, из Александрова — 300 солдат 197-го полка, из Старицы — 350 сапер 33. Вечером отряды Красной гвардии заняли Никольскую улицу(ныне ул. 25 Октября), Ильинку (ныне ул. Куйбышева), Варварку (ныне ул. Разина). В ночь с 1 на 2 ноября юнкера были выбиты из гостиницы «Националь».

В решительное наступление перешли красногвардейцы и революционные солдаты на Пресне. 1 ноября наступавшими были очищены от белых Кудринская площадь (ныне площадь Восстания), а к вечеру была занята и Б. Никитская улица (ныне ул. Герцена). Тяжелые бои шли на Пречистенке и Остоженке. В боях с контрреволюцией на Остоженке погибли отважный молодой большевик Петр Добрынин и один из организаторов Союза рабочей молодежи «III Интернационал», работник Замоскворецкого райкома партии Люся Лисипова (Люсинян).

В 10 часов утра 2 ноября начался штурм гостиницы «Метрополь». Красногвардейцы и солдаты Замоскворечья захватили здание штаба военного округа на Пречистенке. В 13 часов 25 минут 2 ноября 1917 г. в результате вооруженной борьбы здание Городской думы перешло в руки войск Военно-революционного комитета. От юнкеров были полностью очищены Театральная и Воскресенская площади и Китай-город. Революционные войска заняли здание Исторического музея и вышли на Красную площадь. 2 ноября в 2 часа 37 минут Кремль был окружен революционными войсками. В 5 часов вечера 2 ноября были подписаны условия капитуляции, по которым «Комитет общественной безопасности» прекращал свое существование. Белогвардейцы и юнкера разоружались.

К исходу дня 2 ноября, кроме сопротивлявшихся отдельных мелких отрядов юнкеров, остались только два сильных опорных пункта контрреволюции: Александровское военное училище на Знаменке и 5-я школа прапорщиков в Смоленском переулке, но и они уже были обречены.

2 ноября 1917 г. в 9 часов вечера Московский Военно-революционный комитет объявил: «Революционные войска победили. Юнкера и «белая гвардия» сдают оружие. «Комитет общественной безопасности» распускается. Все силы буржуазии разбиты наголову и сдаются, приняв наши требования.

Вся власть — в руках Военно-революционного комитета. Московские рабочие и солдаты дорогой ценой завоевали всю власть в Москве...»34.

На рассвете 3 ноября после артиллерийского обстрела революционные войска вступили в Кремль. Утром этого же дня сдалась и 5-я школа прапорщиков. С 4 часов дня началось разоружение Александровского военного училища.
3 ноября в «Известиях Военно-революционного комитета при Московском Совете рабочих и солдатских депутатов» было опубликовано обращение к рабочим и солдатам:

«Юнкера и белогвардейцы сдались. После кровавой схватки, благодаря геройским усилиям кровью спаянных солдат и рабочих, враги народа разбиты. Много жертв отняла борьба. Много драгоценной народной крови пролито за дело мира и свободы. Никогда не забудет революционный народ эти жертвы и эту кровь. Честь и слава павшим борцам. Продолжать дело их жизни — завет живущим!»35.
Обращение заканчивалось лозунгами: «Да здравствует победа! Да здравствует Советская власть!»

Расчеты контрреволюционной буржуазии превратить Москву в центр контрреволюции провалились.

В Москве победила власть Советов.

Источники и пояснения.

1 В. И. Ленин. Соч. т. 26, стр. 207.

2 В. Н. Подбельский (1887—1940 гг.) — большевик с 1905 г., активный участник социалистической революции в Москве. В 1918 г. был народным комиссаром почт и телеграфа.
Г. А. Усиевич (1890—1918 гг.) — активный участник вооруженного восстания в октябрьские дни 1917 г. в Москве, погиб в боях с белочехами на Урале в 1918 г.
В. М. Лихачев (1882—1924 гг.) — секретарь МК большевиков летом и осенью 1917 г.

3 Партархив МК и МГК КПСС, ф. 3, оп. 1, ед. хр. 4, л. 112.

4 «Документы Великой пролетарской революции», т. II, М., 1948, стр. 51.

5 А. С. Ведерников (Сибиряк) — рабочий-большевик, активный участник революции 1905 и 1917 гг. в Москве, начальник Красной гвардии и член ВРК, умер 12 декабря 1919 г.

6 «Документы Великой пролетарской революции», т. II, стр. 52.

7 Там же, стр. 73.

8 «Правда», № 173, 12 ноября 1917 г.

9 1-й батальон и 8-я рота 56-го полка стояли в Кремле; остальные роты 2-го батальона — в районе Замоскворечья, а штаб полка с двумя батальонами и со всеми полковыми командами квартировал в Покровских казармах. На полк была возложена охрана Кремля с арсеналом ручного и станкового оружия, Государственного банка, казначейства, ссудо-сберегательных касс и других учреждений.

10 «История гражданской войны в СССР», т. II, М., 1947, стр. 364.

11 «Документы Великой пролетарской революции», г. II, стр. 59.

12 «Известия Московского Совета рабочих депутатов», № 197, 26 октября 1917 г.

13 Незначительная часть территории Кремля все время продолжала находиться в руках контрреволюционных юнкеров.

14 «Известия Московского Совета», № 199, 28 октября 1917 г. ,

15 «Известия Московского Совета», № 198, 27 октября 1917 г.

16 «Социал-демократ», № 194, 27 октября 1917 г.

17 «Социал-демократ», № 194, 27 октября 1917 г.

18 Е. М. Маленков — рабочий-большевик, активный участник вооруженного восстания,
организатор Красной гвардии Сокольнического района. Погиб в начале октября 1918 г. в бою на фронте. П. Г. Добрынин — рабочий Телефонного завода, большевик, командир отряда Красной гвардии. Убит 1 ноября 1917 г. в окопах на Остоженке (ныне ул. Метростроевская).
П. К. Штернберг (1866—1920 гг.) — старый большевик, профессор астрономии.

19 ЦГАОР, ф. 1, д. 5, л. 249.

20 «История гражданской войны в СССР», т. II, стр. 379.

21 «Красный архив», 1933, № 6 (61), стр. 30.

22 «Двинцами» в Москве называли солдат Западного фронта, главным образом из 5-й армии. Они были арестованы в разных частях на фронте по обвинению в большевистской агитации и посажены в тюрьму города Двинска. Позже их перевели в Москву, в Бутырскую тюрьму. Среди «двинцев» было много членов ротных и полковых комитетов. По требованию МК РСДРП(б) и большевистской фракции Московского Совета «двинцы» во второй половине сентября были освобождены. Всего «двинцев» было 860 человек. Однако в сентябре получили свободу только 593 человека. Остальные были освобождены в дни октябрьских боев в Москве.

23 «Известия Московского Совета», № 199, 28 октября 1917 г.

24 «Красный архив», 1927, № 4 (23), стр. 70.

25 Щербаков П. П. (1891 —1917 гг.) — рабочий-большевик, активный участник революции 1917 г.
Алешин А. А.— рабочий, член партии с 1914 г. Участник революции 1917 г. Умер в 1926 г.
Русаков И. В. (1877—1921 гг.) — старый большевик. Врач по профессии. Принимал активное участие в революционной борьбе пролетариата в трех революциях.
Савельев А. С. (1889—1921 гг.) — большевик, один из активных участников Великой Октябрьской революции.
Варенцова О. А. (1862—1950 гг.)—профессиональная революционерка. Активная участница трех революций.

26 «1917 год в Московской области», М., 1937, стр. 115.

27 «История гражданской войны в СССР», т. II, стр. 409—410.

28 «История гражданской войны в СССР», т. II, стр. 415.

29 Там же, стр. 418—419, 429.

30 «Социал-демократ», № 198, 199; 2, 3 ноября 1917 г.; «1917 год в Московской области»,
стр. 169, 229.

31 А. Ч е б а р и н. Октябрьские бои 1917 г. в Москве, М., 1939, стр. 119.

32 ЦГАОР, ф. 1, д. 2, л. 113.

33 «История гражданской войны в СССР», т. II, стр. 426.

34 «Документы Великой пролетарской революции», т. II, стр. 178—179.

35 «Известия ВРК», №1,3 ноября 1917 г.

Источник: История Москвы в 6 т., 1954, Том 6

@@ Строка 15: / Строка 15: @@
 Сообщения же, получаемые из столицы по телеграфу, ставленниками Временного правительства по назначению не передавались.
-Утром 25 октября состоялось заседание Московского комитета, Областного бюро и Окружного комитета РСДРП(б). Было решено поручить большевистской фракции немедленно создать боевой центр — Военно-революционный комитет при Совете на пропорциональных основах из трех представителей больше-виков, одного меньшевика, одного эсера, одного от Красной гвардии, одного от Штаба военного округа. Военно-революционный комитет должен был быть избран на объединенном пленуме Московского Совета  рабочих депутатов и Совета солдатских депутатов, созыв которого был назначен на 3 часа дня. Вместе с тем Московский комитет    большевиков создал партийный боевой центр для руководства восстанием, в который вошло семь человек: два от Московского комитета, два от Областного бюро, один от Окружного комитета, один от профсоюзов, один от Военного бюро [3]. В его состав входили М. Ф. Владимирский, Ем. Ярославский, О. Пятницкий, В. Н. Подбельский и др.
+Утром 25 октября состоялось заседание Московского комитета, Областного бюро и Окружного комитета РСДРП(б). Было решено поручить большевистской фракции немедленно создать боевой центр — Военно-революционный комитет при Совете на пропорциональных основах из трех представителей большевиков, одного меньшевика, одного эсера, одного от Красной гвардии, одного от Штаба военного округа. Военно-революционный комитет должен был быть избран на объединенном пленуме Московского Совета  рабочих депутатов и Совета солдатских депутатов, созыв которого был назначен на 3 часа дня. Вместе с тем Московский комитет    большевиков создал партийный боевой центр для руководства восстанием, в который вошло семь человек: два от Московского комитета, два от Областного бюро, один от Окружного комитета, один от профсоюзов, один от Военного бюро [3]. В его состав входили М. Ф. Владимирский, Ем. Ярославский, О. Пятницкий, В. Н. Подбельский и др.
 Во время заседания, в 11 часов 45 минут утра, 25 октября, в Московском Совете была получена из Петрограда телефонограмма от В. П. Ногина (делегата от Москвы на II Всероссийском съезде Советов), сообщавшая о переходе власти в Петрограде к Военно-революционному комитету. В телефонограмме говорилось: «Сегодня ночью Военно-революционный комитет занял вокзалы, Государственный банк, телеграф, почту. Теперь занимает Зимний дворец. Правительство будет низложено... все войска на стороне Военно-революционного комитета» [4].

← Предыдущая		Версия 21:35, 24 августа 2010
Строка 1:		Строка 1:
		+	[[Категория:Реальный_социализм]]
	== Октябрьское вооруженное восстание в Москве ==		== Октябрьское вооруженное восстание в Москве ==

← Предыдущая		Версия 21:27, 24 августа 2010
Строка 297:		Строка 297:

	Источник: История Москвы в 6 т., 1954, Том 6		Источник: История Москвы в 6 т., 1954, Том 6
		+
		+	Читайте также статью Красная Гвардия в Москве в боях за Октябрь http://scepsis.ru/library/id_2033.html

← Предыдущая	Версия 21:26, 24 августа 2010
Строка 210:	Строка 210:


−	+	[[Изображение:Восстание в Москве 1917.jpg\|center]]

@@ Строка 48: / Строка 48: @@
 Большевики потребовали перерыва для обсуждения вопроса на заседании каждой фракции в отдельности. Во время перерыва на заседании фракции большевиков был подвергнут резкой критике проект резолюции меньшевиков эсеров и принята резолюция, предлагавшая избрать Военно-революционный комитет из семи лиц и обязывавшая этот комитет приступить к немедленным действиям для оказания поддержки Военно-революционному комитету Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов.
-После перерыва объединенный пленум Московских Советов рабочих и со; датских депутатов большинством голосов принял резолюцию, внесенную большевиками. За нее голосовали 394 депутата, против 106, воздержалось 23. Фракция эсеров от участия в голосовании отказалась. Меньшевистская резолюция собрала всего  ИЗ голосов 10.
+После перерыва объединенный пленум Московских Советов рабочих и солдатских депутатов большинством голосов принял резолюцию, внесенную большевиками. За нее голосовали 394 депутата, против 106, воздержалось 23. Фракция эсеров от участия в голосовании отказалась. Меньшевистская резолюция собрала всего  ИЗ голосов 10.
 В состав Военно-революционного комитета вошли четыре большевика и три меньшевика. При голосовании большевистской резолюции меньшевики огласили свое заявление, в котором говорилось, что они входят в ВРК для того, чтобы продолжать там «разоблачительную работу» против большевиков, т. е. парализовать деятельность ВРК.